0dd470a27de3c941

Шато во Франции с модернистскими шедеврами XX века

Дизайнер Дидье Бендерли отрестав­рировал шато во Франции постепен­но — комнату за комна­той, отталки­ваясь от искусства и мебели, внося изменения по ­месту и до конца не зная, какой интерьер получится.

Фрагмент одного из холлов. На потолке светильник по дизайну студии Olgoj Chorchoj, Bomma. Кресло по дизайну Ханса Олсена.

В начале своего творческого пути дизайнер Дидье Бендерли долго не мог определиться, чем же ему хочется заняться в жизни, и колебался между преподаванием истории искусств в Сорбонне и созданием театральных декораций. Когда выбор все же пал на интерьерный дизайн, Дидье стал оформлять такие места, в которых дотошность и внимательность историка сочетались со впечатляющими, драматическими пространственными эффектами.

Фрагмент другого холла. В проеме видна ­лестница — ее центральная опора сохранилась с XVII века.

Даже в названии бюро Kerylos Intérieurs, которое он основал в 2001 году, заметна эта двойственность. Компания названа в честь виллы Керилос на Лазурном Берегу. Это легендарное здание было построено в 1908 году археологом Теодором Рейнахом, большим знатоком и любителем античности, и представляет собой максимально точную реконструкцию древнегреческого дома — приспособленную к требованиям комфорта ХХ века, конечно. Дидье — настоящий фанат виллы Керилос. “Это совершенный, продуманный в мелочах интерьер: всё так точно рассчитано, нет места случайности, и всё так эффектно!” — восхищается он. Звучит это почти как кредо собственной работы Дидье и полностью объясняет ­название компании.

Спальня хозяев. Белый диван и потолочный светильник по дизайну Гульельмо Ульриха, Италия, 1930-е. Синие кресла по дизайну Джиджи Радиче, винтаж. Столик по дизайну братьев Кампана, Carpenters Workshop Gallery. Над кро­ватью диптих Black Light художника Лу Чао. Прикро­ватные тумбочки работы Клод Лаланн, 1960-е. На них лампы по дизайну Хольма Сёренсена.

В интерьере реконструированного французского шато, которое Дидье оформил для своих старых клиентов (они уже сделали с ним три проекта и теперь хотели дом для летнего отдыха), на первый взгляд проявились и дотошность, и театральность дизайнера. Ну судите сами: ему достался в работу полуразрушенный замок с угодьями и хозпостройками общей площадью 1200 м². Замок старый, со славной и запутанной историей, включавшей перепродажи и разорение революционными массами. Ясно, что тут историку — любителю антикварных панелей, каминов и полов — было где развернуться, и Дидье не преминул воспользоваться возможностью. Везде, где только можно, он сохранил и воссоздал лепнину, резьбу и паркет, используя для этого не просто аутентичные орнаменты, но и материалы нужного времени (например, полы и балки из снесенных особняков XVIII века).

Гостиная. Резьба на стеновых панелях специально подкрашена, чтобы заострить на ней внимание. Диван по дизайну Карло ди Карли. Белые кресла по дизайну Пола Маккобба, 1950-е. Торшер, Böhlmarks. Ковер по дизайну Дидье Бендерли, Kerylos Intérieurs. Столик по дизайну Адо Шаля. Синее кресло по дизайну Франко Альбини. Бра на стене — работа Эрве ван дер Стратена.

Для этих работ Дидье нашел узких специалистов — краснодеревщика, кузнеца, каменщика и маляров, – способных работать со старым материалом традиционными методами. Таким образом, все более-менее сохранившиеся комнаты в шато по сути отреставрированы, хотя их восстановленные “кости” обросли вполне современным декоративным “мясом”: заказчики Дидье — любители современного искусства и хотели от своего дома сочетания солидности и свежести. ­Поэтому ­классическая резьба на стеновых панелях в спальне, например, традиционно позолочена, а в гостиной смело подкрашена черным — словно маркером обведена, чтобы подчеркнуть контур.

Домик у бассейна. Пара диванов по дизайну Владимира Кагана. Столики Nuage по дизайну Кама Тина, Maison Rapin. Светильники Louvre по дизайну Поуля Хеннингсена. Торшер по дизайну Сильвио Биланджоне. Кресло Racket (1980), дизайнер Хельге Вестергорд Йенсен.

На исторических стенах висят работы современных художников, мебель же в основном — модернистские шедевры ХХ века: работы Ико Паризи, Джо Понти и Владимира Кагана, то есть, в общем-то, тоже предметы, уже освященные временем. Дидье говорит, что именно с поиска этих икон дизайна и начал формироваться интерьер: планировочное решение и тем более подбор искусства случились в проекте уже после того, как подобрались культовые предметы мебели.

Гостевая спальня. Над кроватью фоторабота Микалейн Томас Madame Mama Bush. Синие светильники по дизайну Хольма Сёренсена, прикроватная тумбочка работы Северина Хансена. Белье на кровати, Caravane и Maison de Vacances.

Что же касается тех помещений замка, которые были полностью разрушены и не подлежали восстановлению, то здесь Дидье с благословения заказчиков все полнос­тью перекроил, дав волю своей театральности — сильным эффектам, ярким цветам и более современному предметному дизайну. Особенно эффектными у него получились холлы и коридоры: стены их выкрашены в драматические сумрачные оттенки и создают ощущение, что мы не в жилом доме, а внутри какой-то оперной декорации на тему монастыря. Такой же ошеломляющий эффект производит домик у бассейна — с серыми стенами, синим потолком, “ульями” дизайнерских светильников и бронзовыми журнальными столиками в роли “капель меда” на полу.

Столовая. Стол, Philippe Anthonioz, сделан на заказ. Стулья вокруг него — работа Джо Понти. На стене фотоработы Патрика Файгенбаума и Валери Белин. Потолочный светильник по дизайну ­Поу­ля Хеннингсена.

Интерьер выглядит как любимая Дидье вилла Керилос — выверенным до мелочей. Но, по словам дизайнера, сложилась эта точность почти стихийно. Сколько бы он ни рассчитывал эффекты и ни планировал расположение предметов, мощный характер старого здания и стилистически значимые предметы искусства и мебели диктовали свои условия. “Некоторые помещения мы переделывали по нескольку раз: приходилось вносить коррективы в законченные комнаты, поскольку приезжало винтажное кресло или светильник и они заставляли пересмотреть концепцию.

Музыкальная комната. На резных панелях стен ярко выделяется картина Питера Скулверта Shadows of Past. Ширма сделана на заказ, Maury Atelier. Кресло-качалка по дизайну Владимира Кагана. Светильник работы Ханса Агне Якобссона. Столик справа сделан по дизайну Ико Паризи, журнальный — работа Адо Шаля. Желтый диван итальянский 1950-х годов.

Я не всегда знал, каким будет финальный результат работы”, — рассказывает Дидье. В этом реставрационно-художественном проекте было множество сюрпризов. Собственно, сам проект возник в какой-то мере случайно: “Самое забавное, что клиенты мои не собирались реставрировать замок — думали просто сделать поверхностный ремонт. Но как-то комната за комнатой, стул за стулом эта затея обрела масштаб. И отняла пять лет моей жизни, кстати, так что я немного утратил объективность в восприятии проекта”.

Один из коридоров в здании шале. Потолочные светильники по дизайну Алвара Аалто; бра по дизайну Макса Инграна, FontanaArte.

Не переживай, Дидье. Получилось объективно круто.

Be the first to comment

Leave a comment

Your email address will not be published.


*